Адиль КАУКЕНОВ: Нужны социальные лифты и внятная система ротации кадров

Своей оценкой последних перестановок с нами поделился политолог, руководитель аналитической группы Quorum.kz Адиль КАУКЕНОВ.

– Какие из кадровых назначений последних недель, на ваш взгляд, являются наиболее значимыми?

– Самым значимым и определяющим назначением является сохранение Каримом Масимовым поста премьер-министра. Все остальные назначения носят технический и частный характер, так как обозначен тренд на сохранение статус-кво, и потому каких-то больших сюрпризов не было. По всей видимости, текущая ситуация устраивает все силы в элите, и поэтому глобальных перемен от локальных перестановок ожидать не стоит.

– Многих озадачивает то, с какой лёгкостью наши министры и акимы взаимозаменяют друг друга, кочуя из одного кресла в другое. Неужели все они действительно специалисты широкого профиля?

– В этом вопросе важны не персоналии, а тот факт, что колода одних и тех же лиц тасуется на различных должностях уже много лет. Это озадачивает и демонстрирует важную системную проблему – отсутствие социальных лифтов и внятной системы ротации кадров. Нет системы подготовки профильных специалистов-управленцев, знающих функционирование отрасли с самых низов до высшего уровня. В результате создаётся ощущение, что каждый чиновник высокого ранга «и жнец, и швец, и на дуде игрец». Естественно, ни о какой реальной широкой специализации говорить не приходится. Главное – это попасть в заветную колоду. А потом – не уйти с неё на скамью подсудимых.

Это вызывает в обществе вопрос: как принимаются и претворяются решения в ведомстве? Если руководитель никогда не был рядовым исполнителем в рамках конкретной сферы, сможет ли он понять механизм её работы? А это крайне важный нюанс. При этом очевидно, что отсутствие социальных лифтов во многом обусловлено отсутствием политической конкуренции за популярность в широких слоях населения. Поэтому при назначении более значимым является элитная принадлежность и уровень лояльности, а не уровень компетенции и стаж работы в данной отрасли.

На заре независимости многое можно было объяснить нехваткой кадров. Но сегодня проблема заключается не столько в дефиците кадров, сколько в том, что отсутствует система продвижения по вертикали талантливых специалистов. А бесконечные передвижения по горизонтали, помимо всего прочего, приводят к таким негативным последствиям, как отсутствие преемственности и «кузницы кадров». В конце концов, окажется, что следующему поколению придётся многое начинать заново.

– Вас не смущает, что чиновников, по-видимому, не очень хорошо проявивших себя на исполнительных должностях и замаранных в скандалах, «ссылают» в парламент? О каком «сильном» и «вредном» парламенте можно говорить, когда по существу этот орган – кадровый резерв для политических должностей?

– Ни о каком сильном и уж тем более «вредном», в смысле создающем широкий общественный резонанс по спорным законопроектам, парламенте, увы, сегодня говорить не приходится. При сложившейся парламентской практике представительный орган попросту не выполняет одну из своих важнейших функций – быть площадкой для выражения мнения всех слоёв общества. Тогда как парламент должен быть полем боя, куда партии должны выставлять своих лучших полемистов и ораторов. В парламентских баталиях партии должны закаляться в умении отстаивать свою точку зрения и грамотно атаковать законопроекты, противоречащие интересам их электората. Существует опасная иллюзия, что «карманный» парламент с «запасными игроками» удобен для проведения непопулярных, но эффективных мер. Однако в реальности это наносит непоправимый ущерб стабильности, так как в виду отсутствия публичной политики протестные слои общества радикализируются, а это чревато созданием широкой социальной базы для протестов в радикальной форме.