Беглому воля – убитому рай?

Из 21 сбежавшего заключенного из 21-й Актауской колонии семеро были застрелены в первый же день, еще один скончался от ран. Тринадцать пока на свободе и, по мнению силовиков, будут прорываться через город Жанаозен. В связи с этим все дороги в регионе перекрыты полицейскими блокпостами и подвижными группами, в воздухе барражируют вертолеты. Все важнейшие объекты обеспечения взяты под усиленную охрану. Власти не сомневаются, что в ближайшее время будут задержаны или обезврежены все остальные беглецы.

Прорыв охранного периметра учреждения ГМ 172/1произошел между 4 и 5 утра 22 июня. Случайно ли для этой явно хорошо спланированной акции была выбрана дата и даже приблизительное время нападения фашистской Германии на СССР, или у организаторов массового побега из 21-й колонии были по сему поводу какие-то свои тайные идеологические соображения, трудно сказать.

Так или иначе, но после того, как заключенными был выведен из строя трансформатор, подающий ток на ограждения зоны, более двух десятков зеков, вооруженных огнестрельным и холодным оружием, устремились на штурм защитного периметра. Практически одновременно «группа поддержки» извне, незадолго до этого подкатившая на трех автомобилях прямо к охранным бастионам колонии, открыла беглый огонь по посту номер шесть, вышке, на которой в тот момент находился солдат срочной службы Ербол Отарбаев. План был очевиден – сразу нейтрализовать часового, и еще до того, как всполошится внутренняя охранная служба колонии, вывезти всех беглецов за пределы досягаемости погони…

Однако восемнадцатилетний парнишка, дежуривший в ту ночь на вышке в районе прорыва охранного периметра, неожиданно проявил невероятное мужество и стойкость. Почти сразу получив два тяжелых ранения – в грудь и плечо, Ербол ухитрился точными прицельными выстрелами уничтожить троих беглецов и ранить одного, а потом еще спуститься с вышки и какое-то время преследовать тех преступников, что уже сумели вырваться на волю.

Героизм и безукоризненность действий молодого бойца, который нынче находится в реанимационном отделении областной больницы, увы, до сих пор в стабильно тяжелом состоянии, похоже, спутали все карты организаторам массового побега столь большой группы особо опасных преступников и помешали исполнению дальнейших планов использования этого бандформирования в неких пока неизвестных нам, но, несомненно, имевшихся у тех, кто стоял за этой акцией, целях.

Ибо побег этот является беспрецедентным для отечественной пенитенциарной системы. Причем не только по своей, так сказать, массовости, высокой организованности и технической, оружейной, а также финансовой (только на одном из трупов было обнаружено около полумиллиона тенге) оснащенности. По мнению одного из работников областного управления Комитета уголовно-исполнительной системы, не пожелавшего сообщить в газете свою фамилию, весьма странным представляется и сам состав беглой группы. Подавляющее большинство из ее членов – молодняк в возрасте между 20 и 30 годами, осужденный по ряду пунктов 96 статьи УК РК, трактующих об убийствах при отягчающих обстоятельствах.

В силу своей молодости и примитивности, так сказать, деяний, которые их привели за решетку, никто из упомянутых фигурантов, как сказал мой собеседник, не тянет на статус уголовных авторитетов зоны, а соответствует, скорее, квалификации так называемых «торпед» – расходного материала криминальных паханов, употребляемого для заказной мокрухи или инициирования массовых бунтов в колониях. Поэтому трудно поверить в то, что общак традиционного преступного контингента стал бы тратить такие деньги и столько сил да идти на весьма серьезный риск ради освобождения столь незначительных личностей. И укрытия их где-нибудь в ближнем зарубежье.

Да и вообще все уголовные авторитеты всегда использовали гораздо менее громкие и более безопасные способы выхода на волю из местных не столь отдаленных мест. Например, легендарный некогда Рыжий Алмас в свое время был освобожден здесь по… амнистии. А в последние несколько лет местные начальствующие вертухаи наладились с помощью докторов совершенно официально отпускать некоторых уголовников на свободу по… болезни. Смертельной, конечно. Чтобы, дескать, помер, страдалец, в кругу близких. Правда, кое-кто из этих великих гуманистов в итоге за свое милосердие сами попали за решетку. Ибо выяснилось, что отпущенные помирать преступники на воле резко шли на поправку. И опять брались за свои дела.

Не выдерживает критики и полицейская версия сговора о побеге группы лиц, объединившихся на принципах одинаковой тяжести совершенных преступлений (мол, терять нам всем нечего) либо землячества на воле (несколько участников побега родом из Атырауской области). Опять же из-за чрезвычайно высокого уровня организации упомянутой акции и небывалой поддержки с воли, каковые вряд ли по силам и чину для столь аморфных уголовных объединений.

Весьма настораживает и тот факт, что в данном случае практически на нуле сработала система оперативного оповещения администрации 21-й колонии. Подготовку такой операции, какую провернули здесь 22 июня два с лишним десятка сидельцев, скрыть от стукачей и активистов зоны было бы практически невозможно. Но никто не донес наверх о готовящемся побеге. Либо доносы были, но на них почему-то не отреагировали должным образом.

По всему по этому можно смело предположить, что явно какие-то иные, а отнюдь не традиционные для уголовного мира общаковские силы готовили этот беспрецедентный побег, не они цементировали в единый боевой кулак еще вчера разъединенных и не столь уж агрессивных, а сегодня готовых убивать и самим пойти на смерть преступников. И цели здесь наверняка были иные, не характерные для банальных побегов из колоний и обычных их участников.

Косвенным ответом на все эти вопросы послужила проскользнувшая в печать информация о том, будто четверо из 21 заключенного, что участвовали в побеге, были членами запрещенной в Казахстане религиозной секты, отбывавшие срок за убийство полицейского в местной столице нефтяников, городе Жанаозен, что совершили они несколько лет назад.

Напомним кровавую фабулу того дела. Тогда все началось с религиозного «диспута» между группой фанатиков запрещенной секты и водителем такси, которого они наняли в Актау. Каковая дискуссия закончилась жестоким избиением оппонента и угоном его машины. После чего экстремисты направились в Жанаозен и по дороге туда совершили еще несколько нападений на мирных граждан, а также на подвижной пост ГАИ. Была объявлена операция «Перехват», и близ поселка Тенге группа вооруженных пистолетами и автоматом Калашникова жанаозенских милиционеров попыталась задержать преступников. Один из участников операции до сих пор с содроганием вспоминает о том страшном дне.

– Я бью из АКМ в землю прямо у них перед ногами, а они бегут на нас, размахивая арматурой, трубами и ножами и вопя во все горло: Аллах акбар!. И никакого страха в их озверевших глазах.

Тогда задержать преступников удалось лишь силами спецназа. Их машину блокировали со всех сторон автомобили силовиков. Но они все продолжали сопротивляться, пока одного из них не пристрелили, а на остальных не надели наручники.

Дерзость и безрассудство участников нынешнего побега сродни тем, что продемонстрировали несколько лет назад под Жанаозеном пятеро религиозных фанатиков. Когда специально прибывшая в Актау по воздуху группа захвата из спецподразделения «Арлан», усиленная огневой мощью и броней БМП обложила нескольких беглецов в кошаре в десятке километров от Актау и предложила им сдаться, те ответили стрельбой. В результате трое из них были убиты, четвертый ранен (позже он скончался) и лишь одного удалось взять живым.

Остальные 13 беглецов на момент написания этих заметок еще не были пойманы, и их портреты украшали все афишные тумбы и стекла автобусов в областном центре.

Власти пытаются успокоить население, но это пока плохо удается. По городу расползаются слухи о том, что побег «торпед» из зоны организовали ваххабиты и чуть ли даже не «Аль-Каида», а целью этой операции была организация в областном центре террористических актов типа подрыва жизнеобеспечивающего местного предприятия РГП «МАЭК-Казатмопром» и нефтяных терминалов в морском порту. И, дескать, лишь героизм рядового Отарбаева спас город от этой участи.

Вряд ли это так. Хотя оснований для подобных слухов более чем достаточно. Последние несколько лет эмиссары различных экстремистских сект из ближнего и дальнего зарубежья лезут в нефтяной регион, как мухи на мед. Особенно много их приезжает в Жанаозен. Не случайно нынче в главных советниках у тамошнего недавно назначенного городского акима как раз специалист-психолог по реабилитации граждан, пострадавших от деятельности деструктивных религиозных объединений.

Впрочем, и в областном центре Актау посланников импортного религиозного экстремизма хватает. Нет-нет они позволяют себе даже посещать главную мечеть города и вступать в публичную полемику со священнослужителями традиционного ислама. Но чаще подобные личности действуют тайно, и главным местом их сборищ является, по мнению горожан, брошенное здание недостроенной мечети в 13-м микрорайоне, что около 10 лет назад пытались незаконно, с нарушением всех мусульманских канонов и строительных нормативов возвести здесь некие частные лица. После того, как на этой стройке погибли двое рабочих-гастарбайтеров, она была приостановлена, и принято решение властей о сносе этого сооружения. С тех пор прошел не один год, а оно все стоит и обросло саманными жилыми пристройками, в которых, по словам жителей близстоящих домов, по вечерам собираются некие подозрительные бородатые личности в сапогах и характерной для нетрадиционных сект одеждах.

Не здесь ли вызревали планы организации побега заключенных из 21-й колонии? И не отсюда ли идут корни скандала, что случился в этом же исправительном учреждении прошлым летом? Когда огромная толпа родственников тамошних сидельцев, вызванная к стенам колонии отчаянными телефонными звонками с мобильников заключенных, фактически взяла штурмом охранный периметр и даже ворвалась на территорию зоны. Народ явился спасать своих близких якобы от произвола и избиений со стороны лагерной администрации. Тогда толпу удалось успокоить и вытеснить с территории зоны без применения спецсредств и спецвойск, но чьи-то внимательные глаза наблюдали за этими событиями, и некие умы уже, видимо, разрабатывали нынешний «прорывной проект».