Для кого кодекс не писан?

Господа, вы, наверное, забыли! Тогда напомню, что вы просто обязаны: «своими действиями и решениями не давать повода для обоснованной критики со стороны общества, не допускать преследования за критику, терпимо относиться к ней, использовать конструктив-ную критику для устранения недостатков и улучшения своей профессиональной деятельности». Эта выдер-жка, между прочим, из вашего Кодекса. «Кодекса чести государственных служащих Республики Казахстан».

   Прочтите, если запамятовали, этот документ вдоль и поперек! Прочли? Тогда какого, извините, рожна я должен получать от вас, например, следующее: «…руководствуясь статьей 19 Закона Республики Казахстан «О средствах массовой информации», требуем опровергнуть в вашей газете сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию акимата города Уральска. В случае отказа…» Ну и так далее. Судом грозят, моральный ущерб им якобы нанесен.

   Напомню. В публикации «Пока кровля не рухнет, чиновник не почешется», мы, «Мегаполис», а в частности, наш собственный корреспондент по региону Андрей Сармин писал о конкретном факте. О том, как завалилось аварийное жилое здание по адресу Тайманова, 138. Причем завалилось так, что «обитатели старинного особняка оказались заблокированы в своих квартирах гнилыми обломками кровли, их пришлось вызволять прибывшим на место ЧП спасателям. При этом пенсионер Владимир Шашонков споткнулся о строительный мусор и вывихнул себе плечо».

   Но в своих претензиях к газете чиновники об этом факте вообще не упоминают, зато пишут, цитирую: «…акиматом города предпринимаются определенные меры по сохранению жилого фонда. Так, например, в нашем городе в 2008 году был произведен ремонт трёх домов на общую сумму 22,4 млн тенге, в 2009 году 20-ти домов – 84 млн тенге, в текущем году на ремонт восьми домов из городского бюджета выделено 45,5 млн тенге. В основном производится замена кровли домов».

   Остается только порадоваться за тех уральцев, кто живет в отремонтированном жилье. Но, господа, а как быть с травмированным пенсионером и его соседями? Им, думаю, глубоко до лампочки, сколько акимат выделяет денег на ремонт того или иного дома. У них все мысли о том, как бы в своем выжить.

   Между прочим, та заметка в газете заканчивалась строчками: «Теперь обитатели злополучного дома надеются, что акиматовские бюрократы все же обратят на них внимание».

   Обратили! Или опять не на них, а на тех, кто это самое внимание попытался направить в конкретное русло.

   Нет, наши чиновники не любят конкретики. И вообще, мне кажется, что их глаза устроены как-то иначе, чем у всех нормальных людей. Это впечатление создается, когда читаешь ту или иную претензию в наш адрес.

   В том же номере (см. «Мегаполис» № 20 от 07.06.2010 г.) была опубликована заметка из Павлодара «Набережная для прокурора». О том, что «павлодарские прокуроры задумали сменить место проживания – обзавестись новым, более просторным зданием. Всё бы ничего, да вот строиться собрались на набережной Иртыша, то есть в водоохранной зоне».

   Что интересно, никто не давал им, прокурорам, на это разрешения. Но, как там говорится, что положено Юпитеру… то он и положил на простых смертных. Были в той заметке строчки, которые и вызвали гнев прокурорских чиновников. Вот они: «помощник природоохранного прокурора Павлодарской области Марат Байбулатов признался, о чём уже завтра, наверное, сильно пожалеет, что участок земли под новое здание облпрокуратуры находится в водоохранной зоне:

– В настоящее время на том участке не выдаются земельные участки под строительство, – сказал он.

– То есть это нельзя?

– Это недопустимо вообще…»

   Скорее всего, г-н Байбулатов уже горько пожалел. Ведь в своей претензии за подписью павлодарского природоохранного прокурора, младшего советника юстиции Д. Утебаева чиновники пишут: «…факты изложенные в статье, не соответствуют действительности, поскольку помощник природоохранного прокурора М. Байбулатов с журналистом С. Романовским (собственный корреспондент газеты в Павлодаре. – Авт.) не встречался, соответственно, никак не мог давать каких-либо комментариев».

   Мы, между прочим, и не утверждали, что такая встреча была. Между тем в архиве нашего корреспондента есть запись этих слов г-на Байбулатова, сказанных им порталу Стан-ТВ.

   «В целом полагаю, – пишет далее Утебаев, – что содержание статьи негативно отражается на имидже органов прокуратуры».

   Позвольте не согласиться. На вашем имидже негативно отражаются как раз те факты, которые содержатся в статье. А они, по всей видимости, настолько упрямые, что вы их и не опровергаете. То есть задумала областная прокуратура построиться в водоохранной зоне и строится себе, не взирая на законы, которые сама и призвана охранять. А ваш подчиненный, г-н Утебаев, с вашей подачи забудет не только то, что говорил, но и как его зовут. Странная субординация, не правда ли?

   И еще немного о пресловутой соринке в чужом глазу и о бревне в собственном. В №13 от 19 апреля 2010 года «Мегаполис» поведал читателям о квартирном мошенничестве в Карагандинской области, которое творится с ведома, а иногда и при прямом содействии местного чиновничества. «В Караганде около шести тысяч брошенных квартир. Практически все они переданы в ведение специально созданного управления жилым фондом. На бесхозную недвижимость наложили обременение, чтобы она никуда не уплыла. Но – не помогло. Как оказалось, кто-то из работников ЖКХ потихоньку снимал с квартир дереликцию, а буквально на следующий день в ЦОНы приходили граждане и регистрировали поддельные договоры приватизации. В настоящий момент известно пять таких фактов. Примечательно, что поддельные документы были выполнены на подлинных бланках городского отдела жилищно-коммунального хозяйства. В ЖКХ утверждают, что неизвестные похитили у них 60 чистых бланков». Ну и так далее. О неправомерных делишках работников местной юстиции и управления жилым фондом Караганды. Публикация не прошла незамеченной. Она обратила на себя внимание такого уважаемого ведомства, как финполиция. Но только в той ее части, где всего-то и говорится: «…пропавший и.о. директора (жилого фонда. – Авт.) жил в квартире… оформленной по фиктивным документам на сотрудника финансовой полиции». Так вот «финики» провели расследование и выяснили, что указанная квартира принадлежит некоему Бобарневу, который не является сотрудником финполиции, а в квартире «…проживает и.о. начальника управления жилым фондом г. Караганда». И далее опять про имидж, которому мы нанесли урон и про опровержение, которое обязаны опубликовать.

   Господа! Пусть будет по-вашему, и мы даже готовы принести извинения за то, что Бобарнев на сегодняшний день, подчеркну, не имеет чести состоять в ваших рядах. Но стоило ли тратить время и силы на выяснение такой мелочи? А как быть с теми вопиющими фактами мошенничества в среде чиновников? Они что, вне компетенции уважаемого Агентства по борьбе с экономической и коррупционной преступностью? Между прочим, по Закону «О государственной службе» вам предписано принимать меры в тех случаях, «когда частные интересы государственного служащего пересекаются или входят в противоречия с их полномочиями».

   Есть куда закон употребить?