Экстремистам здесь не место

– В колониях, находящихся в нашем подчинении, осуждённых по террористическим и экстремистским статьям нет, – заявил замначальника столичного УИС Ермекбай Кожахметов, когда, прибыв в ЕЦ 160/10, известную в народе как «десятка», мы попросили познакомить нас с какой-нибудь «заблудшей душой».

Ермекбай Кожахметов

«Десятка» – колония строгого режима, расположенная Астане, прямо в черте города. Насчитывает почти 900 сидельцев. Про такие учреждения в народе говорят, что «каждый второй сидит здесь за убийство». Совсем рядом – буквально в шаговой доступности – крупнейший столичный рынок «Шанхай». Разумеется, после драматичных событий в Балхаше и Актау с таких колоний в отношении идеологической начинки заключённых спрос особый.

Замначальника колонии по воспитательной части Айтмухамед Мусин уверен, что ситуация контролируется на все 100%. А слухи о том, что колонии переполнены осуждёнными по экстремистским статьям, которых администрация колоний содержит от греха подальше в штрафных изоляторах, по словам Айтмухамеда Мусина, «сильно преувеличены». В своей практике он не припомнит даже внештатной ситуации в учреждении. Последний побег здесь случился в начале семидесятых годов прошлого века. Впрочем, нас сразу предупредили: дескать, колония-то образцово-показательная. Посещение общежития это частично подтвердило. Стены, выкрашенные в цвет чайной розы, молочно-белые двухъярусные кровати и пышные аспарагусы, свисающие каскадами со стен, – обстановка, больше подходящая для нежных гимназисток, нежели для контингента колонии строгого режима.

Нашумевший Закон «О религии», по словам Айтмухамеда Мусина, проходит в колонии успешную акклиматизацию. Намазхана была экспроприирована и переоборудована в комнату служебно-боевой подготовки. С осуждёнными проведена разъяснительная беседа.

– Было много нареканий со стороны других заключённых, что лица, исповедующие ислам, рано встают, совершают омовение, мешают спать, – рассказывает замначальника колонии. – Мы пригласили наиба мечети «Нур Астана». Он провёл беседу и разъяснил, что вовсе необязательно совершать пятикратный намаз и сопровождать его омовением. Если нет условий, можно от некоторых ритуалов отказаться. И самое главное, чтобы чтение намаза не противоречило распорядку дня в учреждении. Нельзя, к примеру, бросать работу и идти молиться.

Айтмухамед Мусин

Заключённые восприняли все эти изменения с кротким смирением, утверждает Айтмухамед Мусин. Может быть, это только начальству так кажется? Поговорили с несколькими заключёнными. Кайрат Агибаев осуждён на десять лет за сбыт и хранение наркотиков. По его словам, убеждённых мусульман на зоне 10-15%. Обычно они держатся друг за друга. Новые порядки им явно не по нраву, однако открыто они своё недовольство не выражают.

Ибрагим Кудайбергенов – один из таких «убеждённых». Осуждён был за убийство, сидит два года, намаз начал читать здесь, в колонии. Наставником его был староста молельной комнаты, или «имам», как заключённые его между собой называли. Такой же осуждённый, как и они. Сейчас он уже на свободе.

– Я каждому в душу не лез, но те, с кем я общаюсь и нахожусь в близком контакте, большого недовольства в связи с закрытием молельных комнат не испытывают, – говорит Ибрагим. – Тем более, что никто нам верить и совершать обряды не запрещает. Главное – режим не нарушать. К счастью, пока пятикратный намаз в него вписывается. Конечно, удобно иметь для этих целей специально отведённое место, но, извините, нам выбирать не приходится. Здесь не курорт, по воле Аллаха мы сюда попали. Сейчас у нас в общежитии человек 90, бывает теснота, толкотня, особенно когда с работы все возвращаются. Но я, читая намаз, не должен требовать себе привилегий: а ну-ка расступитесь, я первым помоюсь – я должен намаз читать. Мусульманин должен быть незаметным и не должен нарушать покой других. Я ведь не для них читаю намаз. Вот именно такой человек считается истинным мусульманином.

– Главное, чтобы вера в сердце была, – подсказывает Ермекбай Кожахметов.

– Да, главное – чтобы в сердце была, – соглашается заключённый. – В Коране есть хадис: если жена тебе не повинуется, ищи ошибки в себе. Если молельные комнаты закрывают, надо не в ком-то искать причины, а в себе. Хотелось бы, чтобы и дальше они работали, но будем просить об этом Аллаха.

Разумеется, после трагических событий в Таразе, где мишенью террориста-смертника стали полицейские, и печально знаменитых бунтов и побегов из колоний Балхаша и Актау возникает вопрос: а каково их коллегам, которые дённо и нощно несут службу рядом с неспокойным контингентом? Не было ли у них желания написать заявление и уйти из правоохранительных органов? Сотрудник колонии Кажигали Ермагамбетов в КУИС уже 12 лет и к высокоадреналиновой работе привык:

– За годы службы я убедился, что не составляет большого труда изучить психологию заключённых, – говорит Кажигали. – Раньше я работал преподавателем. Осуждённые для нас, честно говоря, как школьники. Если человек склонен к агрессии – это видно сразу. Кроме того, у нас работает режимный и оперативный отдел, которые предотвращают противоправные действия со стороны осуждённых.

Ермекбай Кожахметов уверен в том, что его коллеги во внештатной ситуации не растеряются и окажутся боеспособными. Тем более, что после возвращения КУИС в ведение МВД огневая и строевая подготовка сотрудников колоний находится на особом контроле.

– Моральная устойчивость и строевая подтянутость имеют большое значение при приёме на службу в КУИС, – говорит замначальника столичного УИС.

Конечно, таразские события глубоко потрясли сотрудников уголовно-исполнительной системы, и они выражают соболезнование родственникам и коллегам погибших.

– Но ни один наш сотрудник и не подумал уволиться из правоохранительных органов. Иначе грош нам всем цена, – заключил Ермекбай Кожахметов.

Что же, будем надеяться, что покой на подступах к столице охраняют действительно достойные люди.