Кайрат ЗАКИРЬЯНОВ: «Если мы не воспользуемся таким шансом, то совершим большое преступление»

Полтора месяца Алматы обживается в статусе города, принимающего в 2017 году Всемирную зимнюю Универсиаду. Президент Казахстанской федерации студенческого спорта Кайрат ЗАКИРЬЯНОВ в интервью «Мегаполису» рассказал о моральной ответственности, что необходимо построить и достроить и об обидах за пренебрежение казахстанцами.

– В прошлом году проект, которым вы занимались много лет, стал реальностью. Алматы завоевал право провести Универсиаду. Но дирекция по проведению соревнований ещё не сформирована. Когда же это произойдёт?

– Времени с момента нашей победы прошло совсем немного, и сейчас самое время начинать делать первые шаги. Я изучал российский опыт – в Казани проведут в 2013 году летнюю Универсиаду – так вот и их первым шагом было издание указа президента страны о проведении соревнований, в котором были розданы поручения и распоряжения. В том числе и о формировании дирекции. На прошлой неделе я обратился к министрам – образования и науки и туризма и спорта, и к акиму города Алматы, чтобы каждое ведомство подготовило свои проекты указа для передачи их в Администрацию президента.

Также необходимо будет решить вопрос: кто возьмёт на себя основную функцию в проведении соревнований? Я настаиваю на том, что это должно быть Министерство образования. Но у Минтурспорта уже был опыт организации Азиады. Кроме этого, акимат Алматы имел свою городскую дирекцию. Так что сейчас идёт притирка идей, и, думаю, после выборов в мажилис мы начнём работать более интенсивно.

– Пока не ясно: сколько же объектов необходимо будет построить под Универсиаду?

– Всё будет зависеть от того, какой окажется вторая волна финансового кризиса, которой так всех пугают. Если он ударит по нам мягко, то, конечно, нужно построить 2 ледовых дворца и университетский городок на 20 тысяч мест.

– В нашу редакцию обратился известный строитель Борис Яглинский с проектом сооружения «СуперМедео». Сказал, что писал вам письмо, но ответа не получил.

– Его письмо я держу у себя, далеко в ящик не убираю. Надо только дождаться появления дирекции, формирования бюджета, и тогда можно будет обсуждать все вопросы Универсиады включая самые важные. Лично я считаю «СуперМедео» проектом великолепным. Но, повторюсь, всё будет зависеть от финансовых возможностей. Но понятно одно: к этим соревнованиям надо готовиться серьёзно: к нам не Азия приедет, как в прошлом году, а весь мир. Сколько сборных принимало участие в Азиаде? Не больше 30. А на Игры в Эрзуруме съехались спортсмены из 62 стран!

– В ноябре вы заявили: «Не хочу, чтобы на таком святом мероприятии, как Универсиада, кто-то нагрел руки». Что готовы сделать лично вы в обеспечении прозрачности?

– Представители нашей федерации будут добиваться максимальной прозрачности в стоимости проектов, смете строительства. Цены я примерно знаю: мы недавно презентовали Академию лыжных видов спорта имени Владимира Смирнова. Большой спортивный комплекс был построен из расчёта 334 доллара за квадратный метр, гостиница обошлась чуть дороже – 520 у.е. кв.м.

Поэтому понимание, что и сколько стоит, у нас есть. И если, как на Азиаде, нам «нарисуют»: клип оценивается в миллион долларов, мы будем возмущаться. Поскольку мы это дело затеяли, и я сделал многое, чтобы провести Универсиаду в Казахстане, то чувствую огромную моральную ответственность перед гражданами. Я не хочу появления разговоров, мол, «на Азиаду выложили миллиард 600 миллионов долларов, затраты на Универсиаду обещали маленькие, а получилось много. Значит, кто-то на этом деле наварился!» Так что все наши усилия должны быть на обеспечение прозрачности – чтобы каждый знал, что именно и за какую сумму мы делаем.

– В России олимпийские символы определили в результате голосования. Символику Азиады выбирало ограниченное количество лиц.

– Хороший вопрос. Выбор символики должен коснуться каждого. Не только студента. Идея Универсиады должна охватить всех. И нужно прислушиваться к мнениям, давать высказаться людям. Опять же нам нужно учесть опыт Азиады: когда официальный гимн соревнований выбрали, а на стартах он ни разу не прозвучал! Такого повториться не должно.

– В прошлом году вашей Академией спорта и туризма были открыты 4 спортивных школы. С чем это связано?

– Мы давно планировали это сделать, так как у нашей академии есть своя программа по развитию спорта. И мы выбрали путь: используя атлетов мировой величины, воспитанников Казахстана, чтобы подтянуть в спорт наших детишек. Взять академию Нелли Ким. Там хорошая база, инвентарь. И в ней занимается уже более 200 детишек!

– Как же находили помещения под академии?

– Обходились своими силами. У нас был зал, но долгое время он находился в аренде у борцов. Думаю, у борцов много покровителей в стране и у них много чего есть, и, лишившись этого зала, борьба в Казахстане сильно не пострадала. А в освободившемся помещении разместили зал спортивной гимнастики. Там, где раньше тренировались гимнасты, после ремонта открыли баскетбольную академию олимпийского чемпиона Альжана Жармухамедова. Всё это сделано неспроста. Меня всегда возмущало пренебрежение казахстанцами: тем, что их не хотят найти, воспитать, а делают ставку на готовых легионеров. Возьмите ту же тяжёлую атлетику: из элитных штангистов наш там только один Ильин!

– В какую сумму обошлось строительство академии по лыжным видам спорта?

– Около 600 тысяч долларов. Там большой спортзал, гостиница, восстановительный центр. И на это не было потрачено ни копейки из госбюджета. Вся наша прибыль ушла на постройку этой базы.

– Как вы прокомментируете заявление Тимура Сегизбаева, прозвучавшее на прошлой неделе в «ПроСпорте»? Легендарный футболист отметил, что в академии, названной в честь его, не ведётся никакой работы.

– Всё просто: сейчас зимний период, затишье. На сугробах особо не позанимаешься! Я Тимура Санжаровича понимаю, но хочу его успокоить: весна наступит, трава зазеленеет, и академия начнёт новую жизнь.

– Вы как-то заявляли, что государству не стоит тратить деньги на большие проекты, где привлечены иностранцы, и приводили в пример вело«Астану». Вы и сейчас считаете так же?

– Конечно! Годовой бюджет велокоманды «Астана» 15 млн евро. Я всегда спрашивал у зарубежных коллег: когда выигрывает гонщик «Астаны», какие у вас возникали ассоциации? С бескрайними казахскими степями? Ничего подобного! Выигрывал Контадор – поднимался флаг Испании, звучал испанский гимн. Говорят, что с помощью этого проекта мы сделали узнаваемой столицу. Может быть, что-то в этом есть. Но я считаю, что своей цели этот проект не достиг. Та же ситуация с баскетбольной «Астаной»: в клуб пригласили легионеров из Европы, Америки на очень хорошие контракты. А в это время наш Альжан Жармухамедов, олимпийский чемпион Мюнхена, во сне видит родину и хочет переехать работать в Казахстан. Он тренирует сборную студентов Москвы, но мог бы трудиться с нашей молодёжью. Неужели вместо того, чтобы тратить миллионы на тех, кто поиграет и уедет, не оставив никакого следа, трудно пригласить земляка? Для этого нужно всего лишь, чтобы у него было жильё! Я написал письма в два акимата с просьбой его предоставить и получил отписки.

– Какие ещё реформы в спорте необходимы?

– Сегодня мы имеем такую ситуацию: развитием спорта высших достижений занимаются и федерации, и комитет по спорту, и дирекция штатных национальных команд. Причём федерации находят не бюджетные средства, так как они организации общественные. Я считаю, что деньги, выделяющиеся от государства на спорт высших достижений, должны быть переданы федерациям. Так как именно они занимаются воспитанием олимпийцев, участников чемпионатов мира.

– Чем же должно заниматься ДШНК?

– Может быть, её вообще и не нужно! А если перепрофилировать, то можно создать структуру, которая бы координировала массовый спорт.

– Под зимнюю Азиаду были построены самые разные объекты. Единственным доступным для массовости пока является конькобежный стадион «Алау». Что нужно сделать с объектами Универсиады, чтобы после 2017 года они не являлись сооружениями ограниченного доступа?

– Мне кажется, что в рамках подготовки необходимо доделать все работы в Алматы на тех объектах Азиады, которые не закончены: достроить помещение спортинтерната по зимним видам спорта. И – что важнее – запустить тренировочные трамплины К-20, К-40, К-60. Потому что сейчас у нас есть отличный комплекс для прыгунов. Но пользоваться им могут максимум 30 человек в стране!

Потом возьмём лыжно-биатлонный стадион в Солдатском ущелье. Там нет ни гостиницы, ни здания ДЮСШ! То есть это объект только для больших соревнований, но не для ежедневных тренировок. Так что и тут необходимо наладить инфраструктуру.

Но куда важнее не объекты, которые мы построим, а доступность к ним. Это вопрос ключевой. Потому что без доступа детей, тренеров к базам мы получим печальную ситуацию. Скажем, много лет назад в Казахстан приезжали китайцы и просили учебно-методические пособия для подготовки гимнастов. Потому что у нас были Ким, Люкин, Федорченко и многие другие. А где сейчас китайцы в гимнастике? И где мы? А всё потому что доступных спортивных объектов в Китае очень много…

– Что вы ответите автору одного из самых запоминающихся комментариев: «Своих спортсменов под Универсиаду воспитывать не будут. Купят за рубежом».

– То, что в идеале нам надо построить в каждом районе спортинтернаты и отслеживать развитие каждого ребенка. Если такая система заработает, нам не придётся в будущем покупать за тысячи и миллионы иностранных спортсменов. Ведь у нас есть свои талантливые ребята! И нужно воспитывать их. Я ещё раз обращаюсь к опыту Азиады. Мне кажется, большой ошибкой было то, что дирекции в основном занимались объектами, проведением Игр. И очень важный вопрос: а как изменить наш спорт благодаря этим стартам? – остался без внимания. Скажу больше: если мы не воспользуемся таким шансом, данным нам свыше, получив Универсиаду, то совершим большое преступление. Под Универсиаду надо принимать программу развития в Казахстане университетского и – шире – массового спорта. Если мы этот шанс упустим – потомки нам этого не простят.