Марат Башимов: «Экономические преступления – удел богатых…»

С его приходом курсанты Академии финансовой полиции стали обучаться бальным танцам, чаще засиживаться в библиотеках и слушать лекции из уст первых руководителей финпола страны. Гражданский человек Марат БАШИМОВ – ректор Академии финансовой полиции рассказал о своей работе читателям «Мегаполиса».

– Марат Советович, вы являетесь начальником Академии финансовой полиции, экспертом Комиссии по правам человека при президенте и ещё и ещё… Насколько тяжело работать на нескольких фронтах одновременно?

– Основная моя работа – в академии, остальное – общественное. Мне это только помогает в работе. Думаю, чем человек выше по должности, тем он должен быть проще. Во многих западных культурах к этому пришли давно: кто бы ты ни был: хоть министр, хоть простой работяга – они равны, уважают друг друга. И мы к этому придём. Мы должны изжить наследство тоталитарного прошлого, изжить пережитки байства. Важно, кто были твои предки в прошлом, но ещё важнее кем ты являешься сегодня. Важно, как ты относишься к людям, к своему делу. Часть поколения старше 50 лет – те люди, которые ещё имеют тотальный страх перед государством. Но молодое поколение имеет другой менталитет. И важно в этот период, пока они учатся, в частности в Академии финансовой полиции, заложить фундамент, чтоб они были профессионалами и чистыми в моральном плане.

– Насчёт морали. Сотрудники финполиции зачастую сами не чисты на руку, и это даже не моё субъективное мнение, а результаты всевозможных опросов предпринимателей. Вы, конечно с этим не согласны?

– Во-первых, в Казахстане, да, в общем-то, на всём пространстве СНГ накопление первоначального капитала шло дикими, варварскими методами. Во-вторых, в сравнении с другими странами СНГ наше государство первым поняло, что в сфере экономических отношений должен быть определённый порядок. Россия опоздала и до сих пор не может навести порядок у себя. Так же в Украине. До сих пор в этих странах мыслят «по понятиям», а не по закону. Будь у нас финансовая полиция в системе МВД, как в России, то никакого возмещения ущерба государству не было бы. По крайней мере в таком объёме. Экономическая безопасность в России, в системе МВД не работает так эффективно, как у нас, потому что она тонет в системе охраны общественного порядка. У нас в Казахстане эти вопросы решает финполиция. Именно для того, чтобы работать на профилактику, предупреждение, и если кто-то перешагнул закон, она могла бы вернуть украденные деньги в бюджет. Только в 2010 году благодаря деятельности финполиции в бюджет было возмещено почти 183 миллиарда тенге, а это более чем 82 процента из установленных 222 миллиардов тенге ущерба. Это колоссальные деньги! В 2010 году органами финансовой полиции выявлено почти 10 тысяч преступлений, примерно треть которых составляют тяжкие и особо тяжкие преступления. Полторы тысячи – коррупционные преступления. Вся эта огромная работа во благо общества.

Что касается бизнеса. В прошлом году финансовой полицией выявлено 106 преступлений, связанных с незаконным вмешательством должностных лиц в предпринимательскую деятельность, и 87 уголовных дел данной категории направлено в суд. Осуждено 44 лица. Тем самым финпол, наоборот, защищает бизнес, и почему-то никто из бизнеса об этом не говорит?!

Да, согласен, есть среди финполиции и нечистоплотные сотрудники. Но где их нет?! Они есть и в других правоохранительных органах. В обществе есть и законопо-слушные люди, и те, кто нарушает законы. Председатель агентства Кайрат Кожамжаров проводит жёсткую политику по очищению рядов от недобросовестных сотрудников. Работа над качеством личного состава ведется, и, если кто-то нарушает закон, его увольняют. В прошлом году привлекли пять сотрудников финполиции к уголовной ответственности, ещё 44 – к дисциплинарной, из которых 17 освобождены от занимаемых должностей, в том числе три начальника областных департаментов.

– Однако же, судя по отзывам бизнес-среды, нечистых на руку финполовцев меньше не становится, а наоборот…

– Опрос бизнеса, как и любые другие опросы, субъективны. Если говорить честно, то у казахстанского бизнеса самого, как говорится, есть грешки. Бизнес – это не простой человек, который не может себя защитить, потому что нет средств нанять хорошего адвоката. Бизнесмен сам может создать условия для коррупции, может общественное мнение формировать, то есть заказывать материалы в СМИ. Это ведь не секрет. Есть некоторые СМИ в Казахстане, которые печатают заказные статьи. А кто, если не государство, защитит права простого человека? Взять рост цен. Если государство не остановит его, бизнесу по большей части абсолютно всё равно. Бизнес думает прежде всего о прибыли, только о большой прибыли. В Европе бизнес получает небольшую прибыль – 5–7 процентов – и всё! А у нас подавай только большую прибыль! Взять Билла Гейтса, который отдал часть своего состояния простым гражданам, обществу. В Казахстане кто-нибудь такое сделал? Вообще-то это говорю, чтобы вы почувствовали разницу: или всех под одну гребенку ругать, или давайте четко разграничивать: где есть нарушения, признавать объективно и наказывать таких сотрудников. То же самое с бизнесом. Есть честные, есть нечистые на руку.

Многие в Казахстане ищут национальную идею, предлагают разные варианты. Как юрист думаю, что национальная идея – это принцип верховенства закона. Любой человек, пусть он будет высокопоставленным госслужащим, депутатом парламента или простым работягой – все должны быть равны перед законом. Когда мы этого достигнем, у нас будет правовое государство.

– Марат Советович, многие удивились, когда вы заняли должность ректора Академии финансовой полиции…

– Без всяких заигрываний скажу, что я сам был удивлён предложением занять это место. Все знают, что я человек, который всегда был близок к гражданскому обществу, к неправительственному сектору, к СМИ. Конечно, за мной был опыт работы в гражданской сфере – в своё время я был директором департамента Министерства образования, был завотделом аппарата сената, работал в Администрации президента. Но, когда председатель Агентства по борьбе с экономическими и коррупционными преступлениями Кайрат Кожамжаров предложил – я не стал отказываться. Без всякой лести хочу отметить, что Кожамжаров – объективный человек. Взять хотя бы то, что он представитель ленинградской, санкт-петербург-ской школы права, а мы – представители МГУ им. М.В.Ломоносова – всегда к ним уважительно относились. Но вообще любой другой на его месте меня бы не пригласил. Побоялся бы. Назначили бы человека «выросшего из погон», то есть человека из этой же сферы. Кожамжаров стал первым в Казахстане, кто сломал стереотипы, пошёл по пути «демилитаризации границ» этой, достаточно закрытой сферы. Это то, о чём говорил президент, чтобы быть ближе к гражданскому обществу, быть ближе к простым людям. Мы стараемся воспитать настоящих офицеров.

– А вот если скромность – в сторону, что вы можете занести себе «в зачёт» за время работы?

– Когда пришёл в эту непростую, консервативную сферу, то увидел здесь ряд недостатков. Теперь стараюсь сделать все процессы обучения и вообще деятельность академии более открытой, демократичной. Я считаю, что смог изменить ментальность. Смог перестроить академию. Если говорить об учебном процессе, мы стали применять больше инноваций. Стали привлекать больше гражданских специалистов, докторов наук, специалистов-практиков. Больше стали проводить международных конференций и участвовать в других международных конференциях. Вообще пытаемся наладить связи с другими вузами, ведомствами. Все почти высокопоставленные сотрудники МИДа, парламента, Администрации президента побывали у нас в гостях, прочли лекции. Опять же всё это при полной поддержке Кайрата Кожамжарова. Инновацией стало то, что впервые в правоохранительных органах у нас всё руководство финполиции начиная от председателя, его заместителей, начальников департаментов и управлений по своим направлениям читали и читают лекции для слушателей. Где ещё такое есть?! Мы стараемся, реализуя стратегию руководства агентства, чтобы практика и теория были рядом, чтоб молодые люди были профессионалами. Что скрывать, бывает так: вот закончил молодой человек вуз, а в голове «бум-бум». Представляете, как хорошо курсанты запомнят материал, если сам председатель прочтет им лекцию или его заместители? Это люди с огромными практическими знаниями. И вообще мы стараемся привлечь наших студентов для участия во всевозможных конференциях. Мы им говорим: «Выступайте! Вы не должны отставать от студентов гражданских вузов, наоборот, должны быть на голову выше». Раньше, к примеру, учреждение было закрыто и даже в выходные дни курсанты находились на территории академии. Сейчас для того, чтобы они получали больше знаний и развивали кругозор и в выходные занимались, к примеру, в Национальной академической библиотеке, всех отпускаем в город, в увольнительную. Остаются только те, кто по графику дежурит. Пусть занимаются, ходят в библиотеки. Мы стараемся, чтоб наши студенты посещали какие-то культурные программы, вечера. Ходили на концерты в академию искусств. Специально отпускаем их для этого. Настоящие офицеры должны вести себя благородно. Поэтому по предложению председателя агентства мы учим их хореографии, бальным танцам, провели новогодний бал слушателей академии. Это сильно подняло корпоративный дух и ответственность слушателей. Мы хотим, чтобы за четыре года обучения у курсанта было воспитано чувство благородства и уважения к человеку. Чтобы к нам поступали не для того, чтобы после окончания решать свои личные проблемы, вопросы материального обогащения, а чтоб они были патриотами и отдали свой долг отечеству в обеспечении экономической безопасности.

– Не берусь утверждать, но, по слухам, поступление в вашу академию обходится в 10–15 тысяч долларов США «мимо кассы»…

– Я не могу говорить, что было до меня. Хотя это вряд ли. По сути, за такие деньги можно учиться и на Западе. Давать оценку или хаить своих предшественников не собираюсь. Однозначно могу сказать, что, пока я здесь, ни о каких «подъёмных» для поступления речи быть не может и не будет. Как вы думаете, курсант завтра будет бороться с коррупцией, если сам он попадёт на учёбу через взятку?! Наша цель – воспитание высокопрофессиональных офицеров. Тех офицеров, которые готовы бороться с «беловоротничковыми» преступниками. Экономические преступления – это удел богатых, тех, кто имеет хорошее образование, тех кто может позволить нанять целую армию адвокатов. Преступлениям таких людей можно противодействовать, только будучи очень подготовленными как морально, так интеллектуально.

– То есть поступить к вам может каждый смертный?

– Не совсем. Только дело не во взятках. Нужно, во-первых, пройти полный медосмотр. Во-вторых, сдать нормативы по физподготовке и наконец хорошо сдать ЕНТ. Вот, собственно, и всё. Каждый может прийти в территориальное подразделение финансовой полиции и подать заявление, сдать все нормативы и ехать к нам. Полтора-два месяца будет идти спецпроверка, кстати, именно из-за спецпроверки набор проходит уже с февраля… а там, пожалуйста, можно к нам на учёбу. Вообще подробности можно найти на официальном сайте академии.

– Вы говорили, что когда пришли в академию, то увидели недостатки. А какие?

– Пусть военные не обижаются, но в академии было чрезмерно много военщины. Уделялось больше времени не развитию знаний, интеллекта, а каким-то военным подготовкам. Да, для армии это нужно, но никак не для сотрудника финполиции. К примеру, когда я только пришёл в академию, увидел, как по стадиону бегает второй курс. Останавливаю. Спрашиваю: «Почему бегаете?» Они говорят: «Начальник курса приказал». Оказывается, там один из курсантов получил двойку, поэтому заставили бегать весь курс! Причём тут двойка и бегание по стадиону?! Двоечника и так можно отчислить, если он плохо учится. Отсюда и возникают неуставные взаимоотношения, как в армии. Но мы ж не армия! У нас должны быть другие цели и методы работы. Сейчас можно констатировать, что неуставных отношений в академии практически нет. Я думаю, применяя упомянутые инновации, мы достигнем того, что академия будет выпускать высокопрофессиональных и грамотных специалистов, которые принесут пользу народу Казахстана.