Мутная история

После аварии на золотодобывающем предприятии в селе Секисовка, когда в местную речку попали цианиды, прошла неделя. Однако до сих пор местные службы официально так и не заявили ни о нанесённом ущербе природе, ни о результатах проведённых анализов воды. На фоне ажиотажа в российских СМИ такая сдержанность в комментариях и прогнозах откровенно настораживает. Впрочем, оказалось, что вряд ли вообще кого-то смогут привлечь к ответственности за сброс в водоём ядовитого вещества.

Авария произошла 29 октября. В селе Секисовка (Глубоковский район) на горнорудном предприятии «Секисовское» (ТОО «Алтай Кен-Байыту» принадлежит британской компании Hambledon Mining Plc) при производственном испытании очистной секции № 3 произошёл разрыв противофильтрационного экрана, вследствие чего пошёл дренаж технологической воды, минуя противоаварийные заграждения, то есть прямиком в речку. В ту же ночь жителей Секисовки предупредили об опасности. Представители местного акимата обзвонили и обошли все дома, строго-настрого наказав не пользоваться водой из колонок – не поить скот, а уж тем более не пить самим! Утром запретили даже подходить к реке.

До сих пор жители Секисовки пьют привозную воду и с опаской поглядывают на мутный поток речки. Говорят, что в первый день она была вообще красной, почти бордовой, потом побелела, сейчас вот стала тёмной. Они тоже ждут хоть каких-то официальных заявлений о произошедшей аварии, потому что просто боятся здесь жить дальше. Однако никаких объяснений от местной власти, кроме настоятельных рекомендаций не сеять панику, не поступало. Столь же немногословны и областные службы, занимающиеся анализом ситуации. Поэтому более доступна информация с российских сайтов, кстати, намного раньше местных властей заявивших об аварии в Восточном Казахстане, в результате которой в трансграничную реку Иртыш через Убу, притоком которой и является речка Секисовка, попали ядовитые отходы. Учёные соседней страны выражений не выбирали. Они назвали цианид боевым ядом и прямо заявили, что это вещество использовалось для травли крыс.

– Да не пугайте вы людей! – призывает и.о. начальника областного филиала Иртышского департамента экологии Камалия Бохаев. – Ну откуда эти слухи, что ниже по Иртышу уже людей эвакуируют, детей вывозят? Не дойдёт ничего ни до Павлодара, ни до России. До Иртыша ничего не дойдёт, поверьте мне! Я вообще не понимаю, откуда взялись эти 516 ПДК? И комментировать эту цифру не буду, потому что анализ воды только проводится, и заявлять о результатах рано. На это время требуется. А с воздуха взять 516 ПДК, знаете, просто неприлично.

– Что предпринимает ваш департамент в связи с аварией?

– Мы изучаем ситуацию, направили запросы на предприятие, на основании которых и будем делать выводы. Поймите, там тоже сразу не могут ответить, они сейчас занимаются ликвидацией аварии.

– Местные жители рассказали, что подобная авария уже случалась нынешним летом, правда, тогда это удалось скрыть.

– Мы тогда выезжали на водоём, массовой гибели рыбы не было.

– Скажите, а вас, главного эколога, не настораживает сам факт того, что обогатительная фабрика вместе со своими отстойниками построена практически в селе? Причём там постоянно проводят наземные взрывы, во время которых людей просто загоняют по домам, потому что камни долетают до их участков.

– Я пока не занимался этим вопросом (Камалия Бохаев занимает должность с мая текущего года. – Авт.), но если предприятие построено, значит, у него есть все разрешительные документы. Пусть люди обращаются, мы обязательно рассмотрим все жалобы…

Впрочем, действительно, департаменту сейчас не до этого, ведь есть более серьёзные проблемы. Как оказалось, сегодня во всем Восточном Казахстане нет ни одной аккредитованной лаборатории на определение цианидов! Более того, недавно цианид вообще был исключен из перечня контролируемых веществ. Мягко говоря, скажем, странное решение для региона, где на золотодобывающих предприятиях широко используется именно цианидное выщелачивание. От метода, кстати, отказались в европейских странах именно из-за его небез-опасности для окружающей среды. Но дело сейчас даже не в этом. Получается, что какие бы сейчас анализы в связи с произошедшей аварией ни получили, они не будут считаться официальными. А если так, то как тогда можно будет привлечь к ответственности предприятие, допустившее сброс в реку токсичных веществ? На этот вопрос не смог ответить и природоохранный прокурор ВКО Каирбек Кенбаев.

– Я в курсе этой проблемы, – сказал по телефону главный природоохранный прокурор области. – Действительно, СЭС и экологи сказали, что они не могут определять. Я им сказал: ну ищите в Интернете, находите, может, куда-то отправим. Но если они ущерб не могут определить, то содержание веществ – могут.

– Это будет неофициальное заключение?

– Не то что неофициальное… Просто мы его потом предъявить не сможем.

– Тогда ставится ли вообще вопрос о возбуждении уголовного дела по этому факту?

– Надо установить причины аварии сначала. А мы причины установить не можем. Вода не откачана из третьей секции хвостохранилища. Идёт её откачка. Ещё 2 дня будут качать. Потом экологи должны подсчитать ущерб, пока не могут – должны уточнить объёмы воды. Всё будет зависеть от ущерба и от заключения…

Полная неясность и с загадочным постановлением правительства, исключившим цианид из разряда контролируемых веществ. Номер постановления выяснить так и не удалось. Более того, буквально на следующий день в том же филиале департамента экологии многие уже были не в курсе того, что постановление существовало вообще! Впрочем, и не отрицали, что цианид они теперь не проверяют. По крайней мере, официально. Зато всё предельно ясно с размером возможного штрафа предприятию за нарушение Экологического кодекса. Как сообщили в областном филиале Иртышского департамента экологии, за то, что руководство предприятия своевременно не сообщило о ЧС, полагается штраф в размере 25–30 МРП.