Особенности национальной монокультуры

– Ахылбек Кажигулович, как вы решаете проблему с прошлогодним зерном и разгружаете ли переполненные элеваторы?

– Уже вывезли 5,5 миллиона тонн зерна, но есть одно «но». Дело в том, что из-за небывалого урожая сейчас в наличии мы имеем на 4,5 миллиона тонн зерна больше, чем в прошлом году. До сих пор ситуация остается сложной, элеваторы основных зерносеющих регионов перегружены. За последнее время существенно упали цены на мировых рынках, что стало одной из главных причин медленных темпов экспорта зерна. Стоимость пшеницы на черноморских портах снизилась со 190 до 160 долларов. Для того чтобы сделать конкурентоспособным казахстанское зерно, министерство предложило увеличить субсидии на его транспортировку через территорию России и Китая – с 20 до 40 долларов за тонну. Только таким образом можно до нового урожая вывезти еще 4 миллиона тонн пшеницы.

– Вдруг не успеете экспортировать, что тогда?

– Вот поэтому мы и просим дополнительные средства на удешевление транспортировки зерна. Это единственный выход, и если сейчас пожалеть денег, то завтра будем кусать локти. Ситуация перейдет на следующий год, а этого никак нельзя допускать! Элеваторы должны освободить мощности до июня. Им надо провести ремонт и подготовиться к новому урожаю. В 2009 году для субсидирования экспорта зерна из госрезервов было выделено 5 миллиардов тенге. Сейчас эти деньги осваивает Министерство транспорта и коммуникаций. Тем не менее средств недостаточно.

– Что необходимо предпринять сегодня, чтобы такая ситуация с зерном больше не повторилась?

– Надо постепенно уходить от повального засева монокультуры – пшеницы, но эта работа не одного дня. Убедить крестьянина сеять вместо зерна рапс или кормовые культуры довольно непросто. Сейчас зерновой бизнес находится в конкурентной среде. По прогнозам акиматов, в этом году площади зерновых останутся примерно на том же уровне.

Государство в условиях рыночной экономики не может указывать аграриям, что сеять. Мы можем только предлагать, а также регулировать этот процесс мерами господдержки и стимулирования: субсидирование, льготное кредитование. Исходя из этого, в этом году были пересмотрены по многим позициям правила субсидирования. За счет этого увеличиваются площади под овощными, плодово-ягодными, масличными культурами, сахарной свеклы. Впрочем, даже эта структура посевных площадей далека от научно обоснованной, потому что монокультура пшеницы в стране довольно высокая – 80 процентов, а в идеале должно быть 50-60 процентов. К тому же в погоне за валовым сбором урожая зерна многие забывают о том, что оно должно быть хорошего качества.

Сегодня рано прогнозировать объемы будущего урожая, но очевидным является тот факт, что с учетом ожидаемого переходящего мирового запаса зерна, на внешних рынках будет востребовано только высокопротеиновое зерно, а вот сбыт пшеницы с низким качеством вновь станет проблемным. В свою очередь, государство стимулирует технологии, направленные на повышение качества зерна. Так на пшеницу, выращенную с соблюдением правил сево-оборота и сроков сева, субсидии увеличиваются почти в два раза. В два раза снижается стоимость минеральных удобрений.

– Раз большой объем урожая зерновых неизбежен, есть еще один вариант, на что его можно направить, – это глубокая переработка зерна.

– Да, переработка сегодня в стране есть, но спрос на мировом рынке на биоэтанол, который начали производить недавно в Казахстане, пока не велик! Тем не менее Казахстан одним из первых среди стран Центральной Азии принимает Закон «О биотопливе». С прошлого года глубокая переработка зерна является одним из приоритетных направлений развития агропромышленного комплекса. Теперь те, кто будет организовывать предприятия по глубокой переработке пшеницы, будет получать в «КазАгро» льготные кредиты. Продукты глубокой переработки, несомненно, востребованы в мире, но преимущественный спрос имеют все-таки зерно и мука.

– Ахылбек Кажигулович, в займах нацхолдинг «КазАгро» в основном отдает предпочтение крупным предприятиям, какую поддержку вы можете предложить мелким фермерам?

– Проблема небольших сельских хозяйств в отсутствии ликвидного залогового имущества. Отличие кредитования этого года от года прошлого – в новой схеме, где за них залог могут вносить перерабатывающие предприятия. Например, завод АО «Казмакта» на юге предоставляет свое залоговое имущество, а потом через это предприятие кредиты выделяют мелким фермерам. На эти цели направлено порядка 2,5 миллиарда тенге. Кроме того, в фонде финансовой поддержки сельского хозяйства недавно появилась специальная программа для мелких сельхозформирований. В ее рамках на кредитование будут направлены около 500 миллионов тенге. Вообще, думаю, что небольшим хозяйствам нужно заниматься укрупнением. Создавать сельские потребительские кооперативы наравне с крупными предприятиями. Сама жизнь диктует, что нужно идти по этому пути!

– Что вы думаете о предложении депутатов мажилиса создать вместо «КазАгро» Аграрный банк?

– Такое предложение представляло и наше министерство. Согласно подсчетам за последнее время доля кредитования сельского хозяйства в общем кредитном портфеле банков второго уровня снизилась до 3,5 процента. Этот показатель более чем скромный! При возникновении рисков и опасности банки тут же сворачивают кредитование агросектора. Собственно, что и произошло с приходом кризиса и до сих пор продолжается. А ведь почти половина населения страны проживает в селах. Сегодня единственной помощью аграриям являются выделенные на субсидии средства из бюджета. Но так же нельзя, мы же не можем только за счет субсидий развивать сельское хозяйство! В настоящее время «КазАгро» представляет собой отдельные кредитующие предприятия: «Казагрофинанс», «Продкорпорация», «Аграрная кредитная корпорация» и фонд финансовой поддержки, но они разрознены. Мы предлагаем объединить их усилия, создать Аграрный банк на базе этих институтов, который может в несколько раз больше привлекать финансовых ресурсов. К тому же у них уже действует широкая региональная сеть. Все залоговое имущество будет находиться в одном банке, аграриям легче будет получить кредит. Нацхолдинг просто трансформируют в Аграрный банк, потому как содержать отдельно «КазАгро» тогда смысла не будет. Кстати, идея была еще и в том, чтобы банк мог не только кредиты крестьянам выдавать, но и определенные банковские услуги оказывать. Это же особенно необходимо на селе!

Должна быть налаженная система финансирования отрасли. В России, Японии, ряде европейских стран Аграрный банк давно работает и доказывает свое преимущество. К примеру, в России за последние годы благодаря созданию специализированного финансового института объемы кредитования агропромышленного комплекса увеличились в 4 раза! Причем используют они не только бюджетные деньги, а привлеченные извне.

– Следует признать, что отрасль зернопереработки в Казахстане неплохо развита, тогда как животноводство отстает, в чем причина?

– С этого года министерство уделяет больше внимания развитию этой отрасли. Навели порядок в ветеринарии, уже принят закон. Нацхолдинг «КазАгро» финансирует строительство современных молочных ферм и откормочных площадок. Коренным образом перестроили в этом году систему племенного животноводства, пересмотрели схему субсидирования. Пока что в стране 4-5 процентов племенного скота, в развитых странах порядка 40-50 процентов. То, что мы покупаем его за границей, – это просто безвыходное положение. Когда нет в стране, приходится завозить. Тем не менее стараемся увеличивать казахстанское поголовье скота. Сейчас вводим систему широкомасштабной селекции. Суть ее заключается в полном охвате селекционно-племенной работы всех сельхозформирований под непосредственным руководством научных организаций. Этот подход не нов. Им руководствовались в Германии, потерявшей после войны племенное животноводство. Благодаря крупномасштабной селекции им удалось увеличить поголовье. Конечно, в Казахстане не было войны, но были годы перестройки, потом безденежья, теперь ситуация с финансированием стабилизировалась. Уже переняли опыт работы по германской технологии, обучили в Германии казахстанских специалистов. Конечно, чтобы достичь уровня развитых стран, уйдет не один год. Но это позволит обеспечить внутренний рынок мясной и молочной продукцией и постепенно решит проблемы с продовольствием.

– Ахылбек Кажигулович, будь у вас свободное время, чем занялись бы, какое подсобное хозяйство завели?

– Если честно, над этим даже не думал. Я лишь могу рассказать для примера, какое крупнотоварное производство сегодня более выгодно. Здесь все зависит от возможности каждого агрария. Если говорить о животноводстве, то достаточно рентабельной отраслью становится птицеводство. За год доля отечественного производства мяса птицы увеличилась с 30 до 40 процентов. Это хоть небольшое, но достижение. По нашим расчетам, если мы еще шесть крупных птицефабрик построим, то можем на все 60-70 процентов обеспечить рынок собственным мясом птицы. Однако должна быть соответствующая кормовая база, технологическое оснащение и племенное поголовье! Кроме того сейчас вкладываются хорошие инвестиции в развитие тонкошерстного овцеводства, строительство молочных ферм, откормочных площадок. В последнее время аграрии заинтересовались выращиванием овощей, плодово-ягодных культур. В последнее время много появилось теплиц и парников. За год площадь теплиц в стране увеличилась в 4 раза. Растут словно грибы после дождя. Это выгодно, потому что местные овощи востребованы и в цене. Вообще, на мой взгляд, в любой отрасли можно получить хороший доход, если работают профессионалы. Это самое важное.

– Ахылбек Кажигулович, президент недавно предлагал отправлять молодых сотрудников с руководящих должностей в регионы, чтобы подучились. Кого-нибудь отправили?

– Одного сотрудника, заместителя председателя рыбного хозяйства. Он уехал работать заместителем акима по сельскому хозяйству Атырауской области. Правда, не скажу, что он только-только окончил университет. У нас такая отрасль, в которой очень трудно работать без опыта. Большинство руководителей у нас проработали на производстве, знают свое дело. Если кто-то изъявит желание, то будем только поддерживать.