С иглы на рельсы

Основная задача реорганизованного 100 дней назад правительства – создать инновационную экономику. Но в Казахстане это невозможно. Почему? Потому что отечественные коррупционеры мыслят категориями: «Получить взятку здесь и сейчас», а вложения в инновации требуют долгосрочной окупаемости. Это для них проблема.

   Реорганизация министерств, надо признать, не являлась революционной. То есть никаких серьезных, кардинальных изменений не произошло. Единственное можно отметить – появление Министерства индустрии и новых технологий, что, как мне кажется, напрямую связано с программой форсированного индустриально-инновационного развития. По сути, министерство Асета Исекешева является ключевым министерством в деле реализации этой программы. Эта программа является ключевой, и под неё, по сути, было принято несколько «подпрограмм». Одна из них – увеличение казахстанского содержания. Во-вторых, была принята так называемая «Дорожная карта бизнеса» и кроме этого продолжилась ещё с прошлого года реализация «Дорожной карты» по сокращению безработицы.

   Немаловажный момент – активная деятельность по привлечению инвесторов в инновационную сферу, не связанную с добычей сырья. Здесь нужно вспомнить о принятии Закона «О недропользовании». В этом документе есть положение, по которому любая добывающая компания при образовании попутного газа должна его перерабатывать. Любой инвестор, который приходит в добывающую сферу, берет на себя обязательства перерабатывать попутный газ, который раньше сжигался, тем самым создавать новый продукт. Иными словами, правительство усилило контроль над компаниями, уже работающими в Казахстане, и создало более жесткие условия для новых инвесторов. Это что касается привлечения инвестиций в инновационную сферу. Кроме этого Министерство индустрии и новых технологий недавно предложило снять мораторий на право недропользования. Раньше некоторые недропользователи ничего не разрабатывали, а месторождения свои держали просто как сейф для возможной перепродажи, то есть здесь имела место спекулятивная составляющая. Сейчас Асет Исекешев заявил о том, что неплохо было бы такой мораторий снять в пользу тех, кто намерен использовать инновационные технологии. Но одно министерство, как говорится, «игры не сделает».

   Работу министра экономического развития и торговли Жанар Айтжановой будут оценивать прежде всего через призму Таможенного союза. По сути, на это ведомство возложена основная задача по вступлению в Таможенный союз. Этот проект очень большой. Проект, вызывающий неоднозначную реакцию в обществе. По идее судить о работе этого министерства можно по итогам работы этого союза, то есть, какие интересы национальные мы сможем отстоять в нём.

   Если посмотреть на всё правительство в целом, то здесь большая груда подводных камней. Самый большой камень – это разрыв правительства и исполнителей. То есть правительство разрабатывает программы, очень, к слову, неплохие в определенной степени. Однако, когда речь идёт о реализации этих программ, на уровне бюрократического аппарата начинаются сбои. Второй подводный камень – плохое бюджетное планирование. У нас постоянное недоосвоение денег. Деньги выделяются даже в условиях кризиса, но наши госведомства умудряются их не осваивать. Плюс к этому – нецелевое использование, которое граничит с коррупцией. Третий момент – это, собственно, сама коррупционная составляющая. Казахстанский бизнес также подстраивается под коррупционную схему и ему невыгодно вкладывать инвестиции в долгосрочные инвестиционные проекты, когда с них здесь и сейчас требуют: «Дай 10% стоимости тендера».

   Выход какой? Во-первых, нужно заняться внедрением корпоративного управления в структурах государственной власти. У нас часто приводят пример Сингапура. Но там, извините, уровень заработной платы в том или ином ведомстве зависит от его вклада в развитие экономики страны. Если значительный вклад, привлечение инвесторов, создание благоприятных условий для бизнеса, то и уровень заработной платы высокий. Если нет – извините, ребята, не заслужили. Это касается только ведомств экономического блока.

   Что касается «социальных» ведомств, то они в любом случае требуют очень серьезной государственной поддержки. Но из-за коррупции все эти деньги уходят в пустоту. Нашим министерствам здравоохранения и образования я лично поставил бы «жирную двойку», потому что на всех фронтах у них одни провалы. К сожалению, я не вижу ни одного позитивного результата. Хотя именно Министерство образования является ключевым в плане роста человеческого капитала, а без этого нельзя создать инновационную экономику. Сейчас заявляют, что стране необходимо почти 300 000 специалистов. Но, ребята, а что вы делали эти 20 лет?! Занимались только реорганизациями собственных министерств и липовыми программами по модернизации, оптимизации сферы образования и здравоохранения? К сожалению, сфера социального управления в Казахстане в очень и очень плохом состоянии.

   Самая тяжелая задача, которая легла на плечи реорганизованного правительства, – попытка пересадить Казахстан с сырьевой иглы на инновационные рельсы. То, что в Казахстане за 20 лет не было сделано, сейчас пытаются сделать за несколько лет. При этом параллельно решается такой громоздкий проект, как Таможенный союз, к которому Казахстан не готов, как я считаю. Наша страна не готова конкурировать даже с Россией, не говоря уже о вступлении в ВТО. Экономика Казахстана не инновационная. Нет серьезных позиций у нашего малого и среднего бизнеса, главенствуют добывающие компании. Как заявили некоторые депутаты парламента, в Казахстане с 2003 по 2009 год на поддержку институтов развития было израсходовано 11,5 млрд долларов США. То есть шесть лет мы и так занимались активной поддержкой инновационной экономики страны через институты развития. Ну и где теперь эта экономика? Где эти деньги?!

   И так практически всегда: цели очень хорошие, программы нормальные, деньги под них выделяются немаленькие, лозунги тоже отработаны неплохо, а результат – нулевой.