Сергей ЧААДАЕВ: Спасибо. И до свидания!

Удивительное дело – выполнив медальный план Азиады с тремя золотыми, пятью серебряными и двумя бронзовыми наградами, – главный тренер сборной Казахстана по горнолыжному спорту Сергей ЧААДАЕВ был отправлен в отставку! Спустя год после завершения самого дорогостоящего мероприятия в истории нашего спорта корреспондент «Мегаполиса» разыскал российского специалиста и дважды изумился. Первый раз, узнав, что тренер больших обид не держит. А во второй, услышав, что подготовка горнолыжников к Олимпиаде фактически провалена.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– После возвращения на Камчатку мне предложили работу. В сентябре будет сдан большой физкультурно-оздоровительный комплекс, занимающий около трёх гектаров – с двумя плавательными бассейнами, игровыми залами, тренажёркой и многим другим. Сейчас я являюсь консультантом во время строительства, а после запуска стану директором этого объекта.

– Как же была мотивирована ваша отставка?

– Мне объяснили это просто: деньги уйдут на подготовку к лондонской Олимпиаде. И это главная причина, почему контракт со мной не продлили. При этом проделанной работой были довольны все, включая руководство. Но на дальнейшее развитие бюджета не было предусмотрено.

– То есть ваши услуги посчитали дорогостоящими?

– Да. Но этот вопрос надо рассматривать шире – дорогостоящей была вся подготовка. Она действительно затратная – нужно же команду экипировать, тренировать, организовывать ей выезды…

– И какие эмоции вызвало решение не продлевать с вами контракт?

– Конечно, было обидно! Мы ведь сделали один шаг и остановились. А нужно было сделать ещё! Потому что это нереально – за год до сочинской Олимпиады вдруг собраться – и раз – подготовить серьёзную команду. Так не получится! Вот если бы мы закрепили достигнутое после Азиады, участвуя в соревнованиях, всё было бы по-другому. Жалко лишь, что то, что мы наработали – включая имидж наших спортсменов, – на волне послеазиатской эйфории развито не было.

– Кроме истории с вашей отставкой, были ли за два года работы моменты, которые вас не устраивали?

– Может, какие-то рабочие моменты и возникали. Но это ничто по сравнению с тем, что я получил за два года – радушие, понимание. Это сильно вдохновляло в работе. И не только меня – но и горнолыжников. У них глаза горели.

– Вы с ними общаетесь?

– Да. Через Интернет. Они спрашивают у меня про подготовку, смазку лыж. Как могу, помогаю им советами. И с тренерами поддерживаю связь. Говорю им: если летом захотите тренироваться на Камчатке – устрою вам всё на высшем уровне!

Людмила Федотова

– Ваши бывшие спортсмены не жалуются на то, что происходит сейчас: сборная практически никуда не выезжает?

– У них очень большое разочарование. Сужу по разговорам с ребятами – сейчас им стало очень тяжело. Выездов на соревнования мало. По идее в декабре нужно сидеть весь месяц в Европе и выступать, выступать, выступать, набираться опыта! В общем, вариться в той альпийской кухне. Но этого не происходит. Опять же из-за нехватки средств. Правда, я слышал, что 12 февраля сборная выедет в Европу и поучаствует в каких-то турнирах. Но получается так, что этот сезон провален. И не по вине спортсменов.

– Насколько негативно скажется этот провал в подготовке горнолыжников, если смотреть через призму Олимпиады в Сочи?

– Скажу так: пока программа подготовки проваливается. Это видно по рейтингу наших ребят из Казахстана: они свои позиции очень сильно сдали. И вернулись на места двухлетней давности – 1000–1200-е. Мне жаль, потому что многое было сделано и вложено. Но сейчас все спортсмены оказались на том месте, с которого мы начинали свою работу.

– Из тех спортсменов, с кем вы работали в Казахстане два года, кого можете выделить?

– Мне трудно кого-то выделить. Потому что все очень хорошо относились к тренировкам – это Дмитрий Кошкин, Игорь Закурдаев, Тарас Пименов и Люда Федотова. Они готовились самоотверженно, через боль. И – самое главное – несмотря на то, что на дистанцию мы могли заявить только двух человек, – никакой зависти, озлобленности у тех, кто не выступал, не возникало. Потому что на Азиаде участвовали от нашей сборной действительно сильнейшие.

– На Азиатских играх всех потрясла Людмила Федотова. Она вернулась в спорт почти сразу после рождения ребёнка и выиграла три медали!

– Я говорил тогда и повторюсь сейчас: с её стороны это был подвиг. Как матери и как спортсменки. У нас тогда действительно была очень тяжёлая ситуация в женской команде. Только представьте: в декрет уходит лидер! И всем с трудом верилось, что она вообще вернётся в спорт. Потом, после возвращения, были сомнения, успеет ли она восстановиться? И даже если бы Люда не завоевала «золото», то, что она сделала, – подвиг. Я готов это повторить вновь.

– Наверное, такого тренировочного опыта в вашей карьере ещё не было.

– Да (смеётся). Люда приезжала на тренировки с малюсенькой дочуркой. В перерыве между первой и второй тренировкой успевала ребёнка покормить, напоить, понянчить, пока все отдыхали. А потом снова шла работать. И это показывает то, как все были заряжены на подготовку к Азиаде. Тогда никого не нужно было подгонять, в чём-то убеждать. Может быть, это покажется вам не реальным, но так всё было на самом деле. И из всего этого сложился результат.

– Перед Азиатскими играми многие критиковали решение оргкомитета Игр не вводить в программу те дисциплины в горных лыжах, где сильны азиатские спортсмены, и добавить те, в которых мы можем выиграть. Что на это скажете?

– Коль мы хозяева, то нужно было заказывать музыку и диктовать свои условия! Конечно, если бы в программу включили слаломные дисциплины, то там японцам не оказалось бы равных. Но на трассе скоростного спуска все находились в одинаковых условиях. И ни у кого не было преимущества. Вот там каждый показал, кто и как готов.

– Даже при том, что казахстанские горнолыжники выигрывали на Азиаде, в мире их позиции, мягко говоря, не сильны. Реально ли в Казахстане воспитать горнолыжника мирового класса?

– Почему нет? Конечно, реально! Такое ведь уже было в советское время. Да, тогда мы не могли выезжать за рубеж, но имелось множество соревнований внутри страны. И те условия, что были на «Шымбулаке», позволяли воспитывать горнолыжников очень высокого уровня. Но сейчас есть проблема: очень мало занимаются с детьми. Не знаю, по каким причинам это происходит. Я знаю, что в Риддере какая-то работа ведётся. А здесь, в Алматы, где всё есть, где город рядом и можно организовать тренировки для большого количества детей, ничего подобного нет.

– Ещё на Азиаде вы говорили, что ваша мечта: чтобы на «Шымбулак» возили на тренировки школьников. Говорят, этого до сих пор нет.

– Мне кажется, что стыдно не использовать такие возможности! Ведь тренировки, детские соревнования на «Шымбулаке» принесли бы большую пользу. Я вижу, что происходит с детским горнолыжным спортом в России, – здесь много турниров, таких, как «Олимпийские надежды», в которых дети «варятся», конкурируют и, в конечном счёте, повышают своё мастерство. И как бы банально это ни звучало, из такого отбора могут появиться будущие чемпионы.

– И всё равно не верится: что Кошкин или Закурдаев могут обыграть кого-то из мировых звёзд.

– Для меня было гораздо важнее не то, что будет потом, а что есть сейчас. Спорить с лидерами пока очень тяжело – за ними стоит большая система: подготовка, контракты, индустрия. За нашими парнями и девушками такого нет. И поэтому самое главное было в том, что ребята прогрессировали. Они увеличивали скорость во время тренировок с помощью специальных упражнений и здорово выступили на соревнованиях в Чили. А в прошлом году на чемпионате мира в Германии и вовсе поразили всех.

– Каким же образом?

– Перед стартом одной из дисциплин по причине погодных условий была не снежная трасса, а ледяной каток. Организаторы даже спросили: тренеры, вы отдаёте себе отчёт, выставляя спортсменов на трассу? И, кстати, очень многие страны не стали заявлять своих горнолыжников: побоялись, что те не выдержат. Россияне, к примеру, от участия отказались. А у нас в
команде шла борьба, чтобы попасть в число тех четырёх человек, которые будут стартовать! Люди не боялись. Конечно, они финишировали далеко не первыми, но то, что они проехали достойно, справились с собой и с трассой, вызвало восхищение у всех. Я не преувеличиваю.

– Я удивлён. Честно. Мы с вами разговариваем очень долго, а вы практически не жалуетесь на то, что были отправлены в отставку, и никого не обвиняете?

– Обычно, если нет результата, тренеру надо уйти. В моём же случае результат был. Но я понимаю: сложилась такая ситуация, когда денег нет. И винить в этом не хочу никого. Единственное обидно, что я не доработал до конца. И не смог довести до логического завершения те задумки, что были. И, само собой, жалко спортсменов, которые практически всю осень и весь декабрь-январь просидели дома.

– Многих иностранцев, которые приезжают в Казахстан, шокируют наши традиции. К примеру, резать чёрного барана. На удачу.

– Ой, я был в Казахстане не-однократно, в 70-е годы, когда выступал. И такими вещами никогда не поражался. Наоборот, считаю, что, если люди в это верят, – почему бы не взять это на вооружение. Так осенью 2010-го с моими друзьями-казахами согым сделали. Зарезали лошадь, половину отдали на свадьбу, остальное разделили между собой. Всё как и полагается. Мне сказали: это принесёт удачу.

– Перед Азиадой подобное не практиковали?

– Скажу честно: перед стартом я молился!

– Чтобы успели подготовить трассу?

– Чтобы ребята победили.