За деревьями леса не увидели

Группа из трех депутатов, подобранная в полном соответствии с номенклатурными принципами, сформулированными еще в советское время (происхождение, пол, национальность, социальная принадлежность), внесла в парламент законопроект, призванный внести ряд поправок в несколько законодательных актов. Раз этот законопроект уже окрестили «законом о лидере нации», будем и мы его так называть – для удобства.

Идея не нова. Ее предлагал «молодой да ранний» Дархан Калетаев, будучи первым замом председателя партии «Нур Отан». И тогда он, помнится, говорил, что это всего лишь идея. Никакого законопроекта, мол, нет, его ещё предстоит разработать и т.д. Через какое-то время его от должности отстранили, и почему-то многие мои коллеги решили, что вместе с Калетаевым «ушли» и идею о лидере нации. А на самом деле, конечно, идея была живее всех живых! И стала воплощаться в конкретные бумаги. И не потому, что Калетаев сохранил свое политическое влияние, а потому только, что не он является автором. Сама идея, как выступление Калетаева, как и последующая дискуссия в обществе – плод фантазии некоторых политологов, вращающихся в районе «Ак Орды».

И что же в итоге предложили нам эти сценаристы? Плохо продуманную постановку со второсортными актерами и почти не прописанной сюжетной линией. Фактически вполне жизнеспособная идея, которая не могла встретить большого сопротивления в обществе (почему, я поясню чуть ниже), была представлена самым бездарным образом.

Депутаты, представлявшие законопроект, не сумели не только обосновать необходимость и актуальность его принятия именно сейчас, но и вообще объяснить его суть. Были допущены, как водится, и фактические ошибки. Мои коллеги поймали Амзебека Жолшыбекова по маленькой подмене: слова Эмомали Рахмонова он приписал Владимиру Путину. Признаться, такие грубые ошибки становятся уже традиционными для наших политтехнологов.

Были и притчи, были и ссылки на Махатму Ганди, но в конечном итоге информагентства разнесли по всему миру только одно: новый законопроект освобождает лидера нации от любой ответственности за деяния, совершенные им как во время, так и после президентства. Конечно, именно об этом начали спрашивать журналисты, именно это стали обсуждать политологи, именно этим принялись возмущаться оппозиционеры.

Но сценарий был настолько железобетонно-кондовым, что даже последующие комментарии только подлили масла в огонь. Так советник президента Ермухамет Ертысбаев, обычно находчивый и даже местами остроумный, не нашел ничего лучшего, как привести в пример Джеральда Форда, который, став президентом, освободил Ричарда Никсона от ответственности перед законом. Но ведь в то время Никсон был в эпицентре уотергейтского скандала, из-за которого, собственно, и ушел в отставку! Форд просто был вынуждении спасать шкуру своего предшественника, и если и был в то время в США человек, наименее далекий от звания «лидер американского народа», то это был как раз Ричард Никсон.

Нурсултан Назарбаев вовсе не нуждается в освобождении от ответственности за свои деяния, его разве что надо ограничить от особо ретивых попыток вознаградить его за эти деяния. Все опросы показывают его устойчивую популярность в народе, ему действительно удалось не только построить ковчег казахстанской государственности, но и провести его сквозь штормы и бури разного рода потрясений, включая мировые экономические кризисы.

Нынешний его заместитель по партии Нурлан Нигматулин был наиболее лаконичен и без всякой ажитации сформулировал четко и ясно: «Неоспоримо то, что Нурсултан Абишевич Назарбаев является общенациональным лидером, поэтому инициатива ряда депутатов по принятию законопроекта о лидере нации правильна и понятна».

Кроме того, гарантии неприкосновенности уже содержатся в законе о Первом Президенте (как, впрочем, и во всех аналогичных законодательных актах в других странах), и вовсе не они являются основной задачей законопроекта. И уж, конечно, не предстоящий юбилей является причиной внесения законопроекта в парламент (хотя этот мотив, конечно, подспудно присутствует).

А главное, что содержится в законопроекте, – норма об обязательном согласовании с первым президентом Казахстана важнейших инициатив по основным направлениям внутренней и внешней политики. И эта норма может в ближайшее время привести к резкой реконфигурации политической системы в Казахстане. Фактически она дает возможность Нурсултану Назарбаеву покинуть пост президента, не теряя влияния на проводимую политику. И это позволяет решить главный политический вопрос, который беспокоит большинство казахстанцев: что будет после ухода Назарбаева с поста президента, как будет обеспечена преемственность курса, как будет охранено все лучшее и продолжено движение вперед?

Это положение законопроекта позволяет Нурсултану Назарбаеву в случае необходимости передать власть другому, не отходя при этом от дел, сохраняя решающее влияние. Говоря языком производства, у наставника может появиться ученик. Удачный будет выбор – ученик станет мастером. А если неудачным – поиски претендента продолжатся. Но главное – все это практически без риска для политической стабильности и стратегического курса, намеченного первым президентом Казахстана.

Подобным образом была выстроена система власти в КНР после добровольной отставки главного архитектора китайских реформ Дэн Сяопина. Не занимая никаких постов, он еще несколько лет определял политику страны. Но отсутствие четко прописанных механизмов чуть не подвело: нашлись противники, они постепенно начали сворачивать курс реформ и оттеснять Дэна от реальной власти. Ему пришлось буквально возвращать её себе в ходе поездок по стране и путём публикации статей под псевдонимом.

Надо учесть и опыт соседней России. Нам, конечно, неизвестно, на каких условиях Борис Ельцин передал власть Владимиру Путину. Формально – без всяких условий. Однако в первые месяцы после отставки Борис Николаевич вызывал к себе министров, интересовался текущими делами, давал советы. Пока, наконец, Владимир Владимирович не предупредил членов правительства о том, что тревожить старика не надо. Так что гарантии нужны. А громкий титул… Что ж, наверное, это тоже нужно – мы ж в восточной стране все-таки живем. Турция тоже вполне официально присвоила Кемалю звание «Ататюрк», то бишь «отец народа», и давать такое имя новорожденным с тех пор строго запрещено.

Жаль, что за всеми этими деревьями из притч, громких эпитетов и несущественных поправок казахстанцы не увидели леса. Впрочем, может быть, так и было задумано?..